*

мы курим наргиле на золотом мосту, смотрим на закатное солнце и на то как туристы бросают куски симитов чайкам, от чего каждый паром окружен галдящей стаей. я посмеиваюсь над заплесневелым русским языком М. и переставляю ему ударения. он немного смущается, мы переходим на английский и зачем-то потом на французский и начинаем ужасно друг над другом смеяться, потому что у него монреальский акцент, а у меня парижский, и они оба друг другу смешны. я начинаю ржать при слове tabernacle, в канаде по-прежнему ругательства построены вокруг религии. и, конечно, тут же разражаюсь скороспелой теорией про то, что раз во франции в 19ом тоже были все эти sacredieu и сальные шуточки про кюре, видимо с тех пор понятия запрета переместилось. куда? -- спрашивает М. -- теперь все про секс, говорю, как в русском, хотя какой же это запрет. тут мы опять переходим на русский и начинаем грязно ругаться. причем М. по-прежнему ударяет не там, я опять смеюсь, и мы опять делаем круг, на этот раз ругательств, и опять возвращаемся к русскому.

А. говорит: я могу что-нибудь сказать на большинстве языков, которые когда-нибудь слышал. и вправду, всю неделю он разговаривает с местными жителями. он способен повторить длинную фразу по-русски, не исковеркав ее. через пару дней он может отделить в потоке текста слова, которые он знает. -- наверное это потому что мои родители отдали меня в три года в английский детсад, дома все разговаривали на фарси. и мне понравилось, потом мне купили какую-то американскую книжку про фонетическое чтение. я просто могу хорошо повторить. ту пару слов, которые я знаю, я способен сказать без акцента, поэтому люди и не переходят со мной на английский, а наоборот, терпеливо меня учат. кто-то рядом говорит: не знаю, я например физически не могу воспроизвести букву ы. А. говорит: я тоже не могу.
-- ну-ка скажи "рыбак рыбака видит издалека", -- говорю. и фраза у А. выходит без тени акцента.

а сейчас я сижу в отеле, в пароль вайфая которого входит дата взятия константинополя. огромный попугай в клетке говорит алло когда звонит телефон. и потом еще добавляет длинную фразу на языке, которого я не знаю, и воспроизвести которую я не могу.

Похожие статьи