Fly

- Нет, ну мне кажется, что это не правда. Как же человек может летать. Здесь какой-то подвох, - сказал я. Правда, ведь странно. Я не то, чтобы рос очень не одухотворенным ребенком, просто мне ведь папа с мамой рассказывали много о человеке, да и вообще о мире. И никогда, никогда не говорили, что человек может летать. Они врачи, ну лечат разных людей. И папа однажды рассказывал, что лечил человека, который выпал из окна. И раз он выпал из окна и не взлетел, то ведь не может он летать, так ведь? Вот и я так думал.
- Просто понимаешь, в это нужно поверить. По-настоящему поверить. А не просто так подумать, у что, я сейчас взлечу и взлететь, нет, так ведь нельзя. Помнишь как в сказке про Питера Пенна. Там ведь тоже всё дело было в том, чтобы поверить. Вот и ты поверь, - ответила на моё скептическое замечание чудная девочка, имени которой я уже, и знать не знаю, забыл, честное слово.

Помнится, что тогда я не сразу пошёл домой. После того разговора на школьном дворе я еще долго блуждал по нашему как оказалось в последствии не самому красивому району, но тогда я еще об этом не подозревал.
На школьном дворе у нас было вообще мало чего. Какие-то разрушенные строения, видимо раньше это был детский городок, футбольное поле, еще слишком большое, чтобы можно было на нём играть, но иногда всё-таки получается. Да какие-то непонятные металлические штуки, если кто-то думал, что мы будем по ним лазить, то не тут-то было.
Сначала я пошёл на набережную. Я всё шёл и думал, что значит поверить. Нет, ну это ведь получается не так уж и просто. Меня всегда учили, что нужно проверить самому. А не просто поверить. Но так как я не хотел повторять судьбу того несчастного пациента моего папы, то просто так поверить в это мне было сложно. Я всё шёл и смотрел а этих людей. Они что, правда все верят во всякие разности и сами ничего не проверяют.
Нет. Тут нужно было что-то да проверить. Поставить эксперимент. И вот так я решил пойти за школу. Там у нас были какие-то гаражи. Вот там я и решил, что пора поверить.
Положил свой рюкзак около одного из них я стал взбираться на этот бастион веры. Это оказалось очень просто, ведь рядом стояли баки. И вот, стоя на верху, я понял, что поверить то не так просто. Ну что значит поверить? Я стал судорожно, до боли в глазах представлять, что я умею летать, вот так вот сильно-сильно. И вот сосредоточившись на том, что я могу летать я шагнул вниз, с закрытыми глазами. Мне на миг показалось, что я и, правда, лечу. Что как будто бы это продолжение того моего воображаемого полёта. Но суровая реальность приземления дала о себе знать. Встав и отряхнув свои брюки, которые даже немного порвались, я решил, что эксперимент ведь только тога имеет силу, когда он повторяется. Мои воображаемы полеты, раз за разом заканчивались ударом о бренную землю. Так что, окончательно отчаявшись, я решил, что пора уже уходить с этой площадки.
Немного грязный, немного растрёпанный, немного порванный, но, ни разу таки не взлетевший я отправился обратно, на школьный двор в надежде обнаружить ту самую девочку, что сповадила меня на это. Но её там не оказалось. Хотя почти то всегда эту самую странную девочку можно было найти там.
Я шёл и думал, вот бы посмотреть, как она прыгает с гаража. Эх!
Прибежав домой, я начал делать уроки. Само собой после того как выслушал обвинения в том, что порвал штаны и вообще они грязные. Потом мама накормила меня обедом. Суп я всегда ел с неохотой, а тогда уж точно помню, что вливал в себя его совсем уж через силу.
Но весь день из головы не выходила у меня мысль о полётах. Я плоховато, чего уж темнить сделал все задания, просто потому, что летать мне хотелось, а вот поверить я не мог уж никак.
Мне не помогало ничего. Весь остальной день прошел, как будто бы он был пластмассовым. Что-то происходило, но я совершенно был не там. А витал где-то в облаках.
И вот под вечер, когда уж совсем не смог уже держать это всё внутри, я решил поделиться с папой. С папой я делился далеко не всем, обычно важным. Как будто бы не хотелось мелочи всякие рассказывать.
Так что лежал я уже в постели, перекатывался с бока на бок, слышал как перекатывается там внутри и булькает сок с мандаринками и таки не выдержал и спросил.
- Пап, а скажи, мне странная девочка сказала, что можно летать, только не понятно как, она сказала, что главное, нужно поверить, скажи, как это вообще? – спросил я, уже совсем отчаявшись самостоятельно справится с этой задачей.
- Понимаешь, может быть, она и права, главное всё-

Похожие статьи