It`s spring time post
Но поскольку во времени поведение женщины статистически преобладающе ориентировано на полосу “Настоящее”, то психологическая зависимость мужчины от женщины через половые инстинкты создаёт условия, в которых, если женщине свойственен сиюминутно ориентированный деспотизм, то он подчиняет сиюиминутности и мужское поведение [здесь и далее выделено жирным текстом мной при цитировании], возможно, что само по себе ориентированное на иные хронологические интервалы, чем в психику мужчины женщина вносит разлад, обрекая его на повышенную болезненность и ущербность жизни. <...>
<...> У разных видов активная роль в привлечении особей иного пола для продолжения рода, принадлежит либо самцам, либо самкам. Если искать аналоги такого рода в жизни человеческого общества, то практически всю историю Запада сопровождает история женской моды, женской косметики и парфюмерии и женской галантереи. Мужская мода, мужская косметика и парфюмерия и мужская галантерея не являются таким предметом обсуждения и внимания общества, как женские. Причина этого в том, что в половых отношениях на основе инстинктов именно женщина, во-первых, вызывает в мужчине желание близости с нею и, во-вторых, она же решает принять или отвергнуть вызванное ею же желание. Мнение об активной роли мужского пола в половых отношениях — иллюзорно и вызвано тем, что после того, как женщина умышленно или неумышленно активизировала в мужчине инстинктивные программы полового поведения, мужчине приходится прилагать усилия к тому, чтобы женщина приняла его желание. Поэтому, хотя женщина-модница, тем более под покровом утонченной “элитарной” культуры, конечно не столь явное животное как откровенно похотливая не отесанная потаскуха, но при определённом взгляде отличие между ними только в культурных продолжениях одних и тех же — не подвластным их осмысленной воле — половых инстинктов.
Соответственно, если мужчина через половые инстинкты подчинён женщине с животным строем психики, в поведении которой преобладают животные инстинкты и их культурные продолжения и оболочки (типа женской моды), то его поведение также весьма далеко от человеческого . И так под гнётом животных женских инстинктов живёт на протяжении веков вся библейская цивилизация — Запад: Европа, обе Америки и Австралия, во многом Россия.
Конкуренция и борьба за наилучшую территорию, в животном мире запрограммированная в соответствующие инстинкты, в обществе также имеет своё культурное продолжение и выглядит как конкуренция за обладание собственностью, за обеспеченность жилища, за демонстрацию окружающим высокого “жизненного” стандарта, а по существу — стандарта потребления.
Рукотворное жилище — аналог территории обитания в природе и место пребывания матери и подрастающих поколений. Так обустройство жилища оказалось в ведении женщины. Соответственно и гонка безудержного стяжания, в которой на протяжении веков лидирует Западная цивилизация, поскольку в ней она подхлёстывается ростовщичеством, [тут мной удалена часть текста, как отвлекающего от основной смысловой нагрузки приведенного фрагмента], является культурным продолжением также преимущественно женских инстинктов. Превозходство над родней, знакомыми и друзьями в обустройстве и убранстве жилища гораздо более интересует женщин, чем мужчин, и гораздо более ценимо ими, а не мужчинами. А статистически преобладающая среди женщин ориентация поведения на полосу “Настоящее”, в этом случае обретает конкретное выражение: «У них есть, у нас нет… Хочу сейчас… Ты не можешь обеспечить семью в
Добавить комментарий