Мчишта-2011

Про Мчишту принято говорить с придыханием. И если оглянуться назад – то такое отношение к этому легендарному источнику вполне оправдано. Первопроходцы работали здесь на пределе человеческих сил, каждое их погружение было подвигом. Огромные для тех времен глубины, плохая видимость, ударные паводки, тотальное отсутствие снаряжения… Все, начиная от гидрокостюмов и заканчивая регуляторами, в то время приходилось делать самим. Доставать, перетачивать, переклеивать, дорабатывать напильником… День ныряли, а утром следующего дня забрасывали за спину рюкзак с пустыми баллонами и на рейсовом автобусе ехали в Сочи, забиваться на водолазную станцию. Вечером – обратно, и снова нырять… Учились на собственных ошибках, порой платя за право первопрохождения самую высокую цену: рвали уши, кессонили, гибли…

Однако исследование пещеры продвигалось, и одновременно формировалась уникальная отечественная спелеоподводная школа. Ее самобытность определялась, в первую очередь, особенностями пещер, к которым приходилось приспосабливаться (холодная вода, плохая видимость, сложная заброска, узости), а также практически полным информационным вакуумом. Многие элементы снаряжения и наработки, опробованные еще в то время, до сих пор продолжают с успехом использоваться спелеологами.

В 2001 году, после десятилетнего перерыва, вызванного грузино-абхазской войной и развалом когда-то великой страны, начался новый период исследований Мчишты. Технический дайвинг в России с каждым годом становился все более популярен, погружения, которые когда-то делались на пределе возможностей, теперь, с появлением современного надежного снаряжения и отработанных методик, стали почти рядовыми. Опуститься на 80 метров может любой дайвер, окончивший технические курсы, а на 40 метров многие ныряют даже в рамках рекреационных погружений. В пещерах Флориды кейв-дайверы преодолевают многокилометровые сифоны.
Казалось бы, на карте Мчишты уже давно не должно было бы остаться белых пятен. Тем не менее, это не так.

Самым большим прорывом в новой истории Мчишты, пожалуй, стало присоединение к Мчиште Акщащы, благодаря чему у Западной ветки появился сухой вход. Многочисленные экспедиции «сухопутных» спелеологов, успевшие поработать в пещере за три года, прошедшие с момента соединения, совершили несколько восхождений, облазили и отсняли сотни метров новых сухих ходов. Изученность сухой части резко повысилась, но, к сожалению, у каждой медали есть обратная сторона: увеличение числа посетителей, не всегда должным образом подготовленных, не могло не сказаться на сохранности первозданного облика пещеры.

Усилия подводников были сосредоточены на нескольких основных направлениях: сифон Петра Великого и приток Лимпопо в Западной ветке, Яма в первом сифоне и сифоны Восточной ветки.
Работа велась неторопливо и степенно: через Акщащу к лагерю у сифона Петра Великого были протянуты линия 220 и телефонная связь. Каждый год приходилось некоторое время тратить на поддержание их работоспособности, потому что контакты во влажной среде пещеры имели свойство гнить, а крепеж отваливаться, и тогда в узостях провод 220 лежал прямо в луже, что заставляло нервничать проползающих мимо спелеологов… Через первый сифон заносились десятки баллонов, бесконечная череда контейнеров с лагерями, еда, газ, садовая мебель…

Чтобы комфортно транспортировать все это добро по пещере, в сухой части была сделана стационарная навеска. Но веревочные перила каждый год приходилось менять, поскольку веревку нещадно трепало паводками. После нескольких случаев падений (по счастливому стечению обстоятельств, «падшие» отделывались лишь легким испугом) веревочные перила было решено заменить на троса. Теперь от входного сифона до конца Западной ветки стало возможно добежать в одном изотермике за сорок минут.

tyle="text-align: center;">

Для удобства перетаскивания бесконечных верениц баллонов были навешаны тросовые троллеи. Грузовой поток по Западной ветке возрос многократно, но вот только снять красивый художественный кадр так, чтобы в объектив не попали перетяги, стало практически невозможно...

Подводниками трижды предпринимались попытки установить в сифоне Петра Великого хабитат – небольшой водолазный колокол для прохождения потенциально возможной многочасовой декомпрессии. Последняя из экспериментальных моделей уже второй год бесполезной грудой лежит на дне сифонного озера, и в ней прочно обосновалась колония рачков – бокоплавов.
Во всем мире пещерники уже активно ныряли на ребризерах, мы же продолжали «ходить через сифоны», собирать из АИРов «трюльники», «четверюльники» и прочие «дельтапланы» и посмеиваться над Леонычем с его переделанными кислородниками.
Гелиосодержание смеси, уверенно вошедшие в обиход американских и европейских технических дайверов еще в конце 90-х, оставались для нас экзотикой вплоть до конца 2000х годов.

Однако из всего вышесказанного не следует, что отечественная подводная спелеология шла по тупиковому пути развития. Да, во многом наш технический уровень значительно отставал от мирового. В то же время, отдельные разработки, которые использовались отечественными подводниками, были уникальны, и до сих пор не имеют аналогов. Более того, и сегодня разрабатывается и изготавливается новое снаряжение, отвечающее современным требованиям, которое по каким-то причинам невозможно купить в магазине.

Тем не менее, за последние годы прогресс в области дайвтехнологий существенно шагнул вперед. Все, что можно было сделать при использовании «традиционного» подхода на Мчиште - было сделано, дальнейшая эффективная работа была невозможна без использования новых технологий и тактик.

После того, как в прошлом году на Мчишту приехал Важинский (не спелеолог, а технодайвер!) и абсолютно не напрягаясь прошел многострадальный перегиб в Яме, стало очевидно, что в «консерватории» пора что-то менять.

Спелеоподводная экспедиция 2011 года была определенно героической.

Прежде всего, у нее фактически не было руководителя. Евгений Снетков, на протяжении многих лет выполнявший эту функцию, на этот раз решил самоустраниться, ограничившись функциями «координатора». Анархия, конечно, одна из передовых систем общественной организации, беда только в том, что общество до нее все-таки должно дорасти. А главное, при анархическом строе категорически противопоказаны стихийные и сумбурные вмешательства неких «управленцев». В нашем случае ни одно из этих условий не выполнялось, поэтому происходящее скорее напоминало не анархию, а бардак. Что не могло не сказаться на продуктивности общей работы

Еще одним нововведением стал почти поголовный переход участников на аппараты замкнутого и полузамкнутого цикла. В этом году в экспедиции участвовало 10 «ребризероводов» и 8 ребризеров: три чешских пассивника «Сатори», три замкнутых электронных «Мегалодона», один «Инспирейшн» и один самодельный «пассивник с электронным управлением». Это существенно сократило количество груза, который было необходимо перемещать по пещере, и одновременно значительно расширило границы погружений.

Основные усилия подводников из Москвы и Красноярска, как и в предыдущие годы, планировалось бросить на дальнейшее прохождение сифона Петра Великого.
Олег Григорьев из Новокузнецка собирался продолжить исследование подводных ходов вверх по Западной реке. Кроме того, новокузнечи планировали съезди

Похожие статьи