Счастливого вам Поста!
Слава Богу, мне удалось вывести матушку и на Соборование, и на Причастие! Учитывая, что она не выходила из дома с лета – это просто победа!
Болезнь прогрессирует. Но вот что интересно: психика не может смириться с тем, что в памяти такие огромные провалы, матушка подстраивает под все события, которые не помнит и которые не понимает, подпорки в виде выдуманных, порой совершенно невероятных, историй. Например, услышав, как я за что-то отчитываю Антона, она тут же придумывает историю, что ему попало за пьянку, что я искала его полночи по кабакам, а найдя, несла домой буквально на руках, и вот теперь ругаю. Глядя в окно, она уверяет меня, что сейчас осень, а на мои резоны, что вот был с нег и вот он тает, она рассказывает, как часто такая погода наблюдается в сентябре и как я глупа, что это не знаю. Самая популярная ее присказка сейчас: «Вы из меня дурочку-то не делайте, не учите меня!» На любое замечание поджимает губы с выражением : «Ну, вы можете говорить, что угодно, но я-то знаю!». В Храме она пыталась сбежать и от Исповеди, и от Причастия. Например, идя уже к Чаше, вдруг «вспоминала», что не исповедывалась. А в конце службы заявила, что как жаль, что мы пришли просто так, а надо было бы Причаститься…
Перепутав время, я привела ее очень рано, без четверти семь, планируя попасть на раннюю Литургию, пока мало народа. Но в субботу была Панихида, поэту служба была одна и в восемь. Хорошо, что я несла с собой раскладное походное кресло, на которое усадила матушку перед дверями закрытого Храма.
Рассветало прямо на глазах! С увеличением количества света в атмосфере, громче и громче разгорался птичий концерт, птички свистели, челкали, тренькали, заливались на все голоса! Удивительное чувство было в пустом темном Храме, куда нас пустил сторож по знакомству раньше, чем даже пришли служители. Переходя от Образа кОобразу, вглядываясь в лики, освященные мерцающим светом тихих лампад, прикладываясь к каждой иконе с неспешной молитвой, меня настигло чувство «де жа вю». Но только лишь дома я вдруг вспомнила, что однажды вот так именно: от иконе к иконе перелетала я в своем сне в образе маленького комара с фонариком на лбу. Перелетала, выхватывая лучом фонаря Лик за Ликом, ища чего-то, пока не нашла в том сне образ Пресвятой Богородицы без младенца, со скрещенными на груди руками, образ Умиление…
Ох… А у самой такие нестроения, что впору снова на Исповедь… Никто не удивляется, что во время Поста искушения усиливаются, но сами-то мы не без ума, чтобы именно в это время терять стойкость. Только и успеваю прикрывать важные места!.
Чур, я ничего не говорила! Потому что стоит мне сказать: «Я сама!» - тут же и падаю.
Добавить комментарий