В библейском

"Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить" мне чудится какая-то фальшь, такая же красивая но фальшивая как в толстовском непротивлении злу насилием, жизнеспособная только эмпирически.
Почему, спрашивается, я не могу или не должен судить о какой-нибудь гниде? Из страха что судить будут и меня? Так я не боюсь - честному человеку в принципе не должно опасаться честного же суда. Пускай судят. В конечном итоге не-осуждение, мне кажется, заканчивается очень печально. Как и толстовщина, кстати - не случайно все революционеры вроде Троцкого так ценили "зеркало русской революции". Если бы Толстой в свое время получил надлежащую строгую оценку власти, общества и церкви - глядишь, и никакой революции не было бы, и Толстого не пришлось бы отлучать от церкви. Где же здесь вред? - одна только польза.
Почему я не могу сказать что какая-нибудь плесень типа Гайдара или Чубайса является плесенью а не чем-либо другим? Никогда не смогу понять этого...
Current music: PJ Harvey - "Written On The Forehead"

Нет похожих записей.