Закаж Жени и Саши. Абсурд про запахи и зеленое. басня
Так утончен и еле уловим,
Как луч, едва пробившийся к карнизу.
Был этот запах. Жареный налим
Вонял. Пошли к Анри Матиссу.
Там пахло краской, сыром, молоком,
Но было как-то слишком живописно.
Постойте, этот запах мне знаком.
Похоже, ваше молоко прокисло!
Тогда мы быстро кинулись к пруду,
Где пахло мятой и росли кувшинки.
И Клод Моне в неистовом бреду
Писал свои зеленые ботинки.
Он пах кондитерской. И даже на усах
Еще висела сахарная пудра.
Тут нас объял вполне конкретный страх:
Ночь кончилась и наступило утро.
Сияла зелень. Яркий изумруд
Блестел у Клода на артритном пальце.
В зеленой тине утопавший пруд
Нуждался в зеленеющем скитальце.
Зеленый чай с зеленой мятой в нем
В светло-зеленой кружке охлаждался.
И вдруг запахло древесиной, пнём,
И стало ясно, то, что пруд нуждался.
Их тины выполз грозный крокодил.
Он пах отрыжкой, камышом и рыбой.
Едва ли он спокойно нам простил,
Едва ли был готов сказать «спасибо»,
Что мы поджарили в сковороде
Его приятеля, налима. Вот проклятье!
Мы, как назло, приблизились к воде
Но крокодил лишь растрепал нам платье.
Запахло кровью. Страхом и борьбой,
Моне бежал с клюкой по-стариковски.
А мы воскликнули наперебой,
Что тот налим был голый и неброский.
Что гнил с хвоста, что не залез в фритюр,
Что гости не отъели ни кусочка.
Но крокодил без лишних процедур
Сказал, что тот налим его был дочкой.
Запахло сплетней. Пресса на мели,
Но тут как тут, ребята те, из желтых,
-Удочеренье? Как же вы могли?
-а что? я крокодил страны свободных!
За желтыми последовал картеж
(что характерно, в общем-то) зеленых.
-а мать не суррогатная?
-вполне ж
-и на каких условиях?
-законных
-вы нарушаете наш кодекс милых панд,
Бамбук вы жрете с золотых тарелок.
Таких как вы, десятки мелких банд!
-Но этот пруд мне очевидно мелок!
Запахло нечистью. Скандал не за горой
Повсюду замелькали объективы.
-Квартиру дайте! Лучше новострой!
Какой-нибудь канал у синей ивы!
-Нахал, подлюга, жадина, еврей,
Из-за тебя зажарили дочурку.
Запахло дракой. «Только б поскорей
Подшили дело этому придурку!»
Так рассуждали мы. Застывши у пруда.
С роскошной зеленью. И каждый был рассеян.
Забыли мы, что все, совсем всегда
Улаживает зелень!
Добавить комментарий